Автор книги: Татьяна Серганова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)

Поцелуй под омелой. Татьяна Серганова

Небольшой новогодний подарок. “Юля и Артём терпеть друг друга не могли. Он считал её девушкой легкого поведения, она его – надутым индюком с завышенным самомнением. И казалось, что этих двоих ничто не примирит. Но случайный поцелуй под веткой омелы изменил всё и заставил по-другому посмотреть друг на друга.”

1.

Стаса надо было спасать.

И чем больше Артём думал об этом, тем отчётливее понимал, что кроме него сделать это вряд ли кто сможет. Сам лучший друг всё равно не догадается, уж слишком крепко вцепилась в него эта тварь, а оставить всё на самотёк мужчина не мог. Стас был не просто лучшим другом, он был почти братом. И смотреть, как ловкая девка охмуряет его, Артём был просто не в силах. Всего месяц прошёл, а такие впечатляющие результаты.


Он ведь с самого начала заподозрил неладное. Как только увидел эту холёную брюнетку за столиком в приёмной, что старательно делала вид, что работает.

– Это кто такая? – Артём вошёл в кабинет к другу и остановился у его стола.

– Моя новая секретарша, – Стас снял пиджак и аккуратно повесил его на спинку кресла.

– С каких это пор тебе нужна секретарша?

– Ты же сам столько раз говорил, что мне нужна секретарша. Вот я и нашел.

– Сам? – мужчина выразительно приподнял бровь и спрятал руки в карманы брюк.

– Тёмыч, я тебя не пойму, – друг сел за стол и тяжело вздохнул. – Что тебе не нравится?

Но сбить Артёма с толку было трудно. Его напрягала эта девчонка. Он сам не понимал, что именно тревожило. Но одного взгляда было достаточно, чтобы понять – ничего хорошего её появление не принесёт. Уж очень хороша она была. А Артём терпеть не мог красивых женщин, считая их пустышками, только и способными, что тянуть деньги из влюбчивых дураков, как Стас. Нет, его друг был умён, уровень его интеллекта был выше среднего. Но когда дело касалось женщин, у друга напрочь вырубался мозг, а решения начинал принимать совершенно другой орган.

И ведь всегда умудрялся выбрать самую жадную и охочую до бабок дамочку. А еще говорят, что, оступившись однажды, второй раз будешь осторожнее. Стас оступался раз пять или шесть, каждый раз уверяя, что очередная подружка – ТА самая. Последняя любовница успела раскрутить мужчину на двухнедельную поездку на Кипр и полную смену гардероба, включающую норковую шубу (в разгар лета) и бриллиантовое колье. Она уже начала подбивать клинья под новенькую машинку, когда в дело вмешался Артём. Он просто предоставил другу фото его благоверной с другим мужчиной.


И что в итоге – скандал, разборки, клятва, что больше никогда.

– Кто она такая? Где ты вообще её взял?

– Где взял, там нету больше, – ушел от ответа Стас и демонстративно открыл толстую папку, которую достал из шкафа.

– У неё вообще хоть какие-то документы есть? Я не прошу диплом, хотя бы школьный аттестат. Или она только чай делать умеет?

– Я кофе пью, – попытался свести тот всё к шутке. – Тём, она будет работать здесь и точка.

– Уже спишь с ней?

– Тём! – неожиданно зло рявкнул друг и вскочил с кресла.

Но договорить не успел, дверь открылась и на пороге возникла секретарша.

– Станислав Владимирович, вот документы, которые вы просили, – произнесла она, скользнув равнодушным взглядом по Артёму.

Даже голос у неё был красивый. Низкий, грудной, с чарующими нотками.

– Спасибо, Юля. Кстати, познакомься. Это мой партнёр, Романов Артём Сергеевич. Я тебе о нём говорил. Артём Сергеевич занимается у нас юридическими вопросами. А это Юлия Вавилова, моя секретарша.

– Очень приятно, – дежурная улыбка, что не тронула настороженных тёмно-карих бархатных глаз.

Романов лишь сдержанно кивнул, скользнув взглядом по её фигурке. Начиная с чёрных лакированных туфелек на высоком каблуке и заканчивая тёмно-каштановыми с медным отливом волосами, которые были собраны в небрежный пучок.


высокая, но фигуристая. Что особенно подчеркивала узкая юбка с разрезом сбоку и стрейчевая белоснежная блузка, которая так обтягивала её грудь, что он мог разглядеть узор кружева бюстгальтера. Идеально ровная кожа персикового цвета, изящные скулы, легкий румянец на щеках и пухлые губы с манящим блеском на них. Всё, как любит Стас, и терпеть не может Артём. В ней хоть что-нибудь есть настоящее?

– Позже поговорим, – повернувшись к Стасу, произнёс он и вышел.

“А ведь так и не поговорил”, – с досадой подумал Романов, откинувшись на спинку кресла.

И к чему это привело.

Хотя нет, пытался. Друг рассказывал о своих подружках. Немного, но и скрытностью не отличался. А в этот раз как воды в рот набрал. На любые попытки завести разговор и узнать хоть что-то о Вавиловой, отшучивался и быстро переводил разговор.

Конечно, Романов навёл справки и ничего необычного не обнаружил. Девушка, как девушка. Родилась и выросла в Твери. Воспитывала её мать, кто отец неизвестно. Окончила школу с золотой медалью, после поступила в институт, который также окончила хорошо. А потом в её жизни случился Стас, забрал её и привёз в Москву. Снял квартиру. Однушку в паре километров от офиса. Также друг снял со счета довольно крупную сумму денег и перевёл на другой счёт, открытый на имя Вавиловой. То есть завышенной в полтора раза зарплаты ей уже не хватает?


С другими мужиками за спиной Стаса не путалась, но всё равно Артём чувствовал, что тут что-то не так. Она была умнее других и явно метила в жены. Вот только ярких чувств мужчина так и не увидел. Симпатия была, но ничего больше.

У мужчины даже руки зачесались, захотелось подойти к ней, сжать её тонкую шейку и держать, пока у неё глаза не закатятся и лицо не посинеет. Это же надо быть такой лицемерной стервой? Сейчас как никогда Артём жалел, что у него высокоморальные устои, и на женщин он руку никогда не поднимал. Сейчас как никогда ему хотелось пойти против этих принципов.

“Нет, так продолжаться не может”, – решил он, вставая и направляясь в сторону кабинета друга.

В приёмной было тихо и пустынно.

“Твою мать, надеюсь, они занимаются сейчас рабочими вопросами, а не чем-то другим”.

Бесшумно подойдя к двери, Артём прислушался.

– Юль, ты понимаешь, что всё равно так долго продолжаться не может, – голос Стаса был приглушенным и каким-то уставшим.

– Понимаю. Но я еще не готова.

– Мама давно знает о тебе.

– Поверь, мне от этого не легче.

– И знает, что дорога мне.

Романов невольно задержал дыхание, вслушиваясь в слова друга.

– Стас, я не могу.

– Не болтай глупости. Всё ты можешь, просто не хочешь. Она приглашает нас на Рождество. И отказ неприемлем.

– Знаешь, вы оба чокнутые.

– Какие есть… Привыкай, совсем скоро ты станешь частью этой семьи… Мы не можем прятаться и когда-нибудь придётся рассказать всем. Тёмыч и так волком смотрит.


– Вот его мнение меня как раз и не интересует, – довольно холодно ответила девушка.

– Он мой лучший друг.

Надо же, они уже его обсуждают. Интересно.

– Самовлюблённый индюк с завышенным самомнением. Не понимаю, как вы вообще подружились. Ты яркий, живой. В тебе ключом бьёт энергия. А он холодная статуя, которая и улыбаться-то не умеет. Посмотри, как он одевается – костюмчик тройка, галстук и запонки.

– Он мой лучший друг, – с нажимом повторил Стас. – Ты не забыла про Новый год?

– Помню. Но это дорого тебе будет стоить.

– Ты моя спасительница, – послышался звук поцелуя.

– Почаще напоминай себе об этом, – со смехом произнесла та.

Также бесшумно Артём отошел двери и вернулся в свой кабинет.

Её мнение о нём мужчину совершенно не интересовало и совершенно не заботило. Он одевался так, как считал нужным. Тревогу вызывало другое. Всё намного хуже, чем он думал. Стас собрался знакомить секретаршу со своей матерью. А там, глядишь, и до свадьбы дойдет.

Карандаш с треском сломался в его руках. Артём даже не заметил, когда успел его взять.

Романов сомневался, что сейчас друг прислушается к его доводам. Значит, придётся идти проверенным способом. Надо поймать девчонку с поличным, показать, какая Вавилова на самом деле. Конечно, она осторожничает, но нельзя всё время притворяться. Значит, подловить её можно.

– Новый год, значит, – пробормотал он самому себе.


Что ж, Артём уже знал, что надо делать.

2.

Квартира, которую снял для неё Стас, была милой и очаровательной. Она безумно нравилась Юле. Девушка просто обожала её.

Находясь совсем недалеко от центра, она была на удивление тихой. Все окна выходили на уютный дворик, в котором кто-то нарядил ёлку. Ребятня слепила парочку снеговиков и каждое утро играла в снежки, оглашая всё вкруг громким смехом.

Девушка взяла большую кружку и глотнула обжигающе горячий кофе, наслаждаясь теплой волной, что прошлась по телу, вызывая приятную дрожь. На самом деле, это была не кружка, а супница, но Юля всегда пила из неё кофе, чем изрядно смешила Стаса, который в шутку называл её провинциалкой. Его вообще могло рассмешить что угодно.

При воспоминании о Никольском, у неё сама собой появилась улыбка на губах.

Он напоминал ей великовозрастного ребёнка – теплого, домашнего и немного наивного. Правда, пока дело не касалось бизнеса. Тогда плюшевый мишка становился расчётливым хищником, что не упускал ни малейшей детали. И такой резкий контраст восхищал её. Девушка невольно присматривалась к нему, стремилась стать хоть немного похожей.

Мысли прервала громкая мелодия, что звучала из динамика мобильника.

– Да, Стас? – отставив в сторону кофе, произнесла она и с ногами забралась на стул.

– Собралась?

– Почти. У нас еще четыре часа до самолёта.

– Опять кофе пьёшь из своей супницы, – хмыкнул он.


– Угадал. Ты скоро будешь?

– Скоро. И не один. Представляешь, Тёмыч неожиданно передумал и решил лететь с нами.

– Какое счастье, – ядовито простонала она.

– Юль, – в голосе Стаса появились предупреждающие нотки.

– Я помню, помню. Он твой лучший друг. Как ему удалось купить билет?

– Никитос всегда бронирует билеты на всех, а там уже каждый смотрит, сумеет полететь или нет. Уверен, как только вы с Артёмом узнаете друг друга лучше, то ты изменишь своё мнение о нём.

– Как скажешь, дорогой, – со смешком пробормотала она, подтягивая кружку к себе поближе и пальчиком обрисовывая узор на внешней стороне.

Радужное предновогоднее настроение медленно катилось в никуда.

– Прекрати вредничать, а то морщинки появятся, – словно почувствовав её состояние, произнёс мужчина.

– Стас, мне всего двадцать один. Какие морщинки? – притворно возмутилась Юля и сделала очередной глоток. Кофе уже стало остывать.

– Маленькие, – усмехнулся он. – Ладно, солнце, собираюсь и еду к тебе. Артём будет ждать нас в аэропорту. Не забудь паспорт.

– Хорошо. И прекрати относиться ко мне как к маленькой.

– Ты и есть маленькая. Моя маленькая пуговка.

– Стас!

– Всё-всё, побежал. Жди, скоро буду.

Положив сотовый на стол, девушка вздохнула. Первой мыслью было – перезвонить Стасу и сказать, что она никуда не летит. Но отказаться – это конкретно подставить его. А этого Юля сделать не могла. Слишком многим она была обязана этому вечно улыбающемся кареглазому молодому мужчине.


Как Новый год встретишь, так его и проведешь.

Нет, Юля была совсем не против провести этот год и все последующие со Стасом, но вот Романов… Нет, этот тип её раздражал.

С самого первого дня, с самого первого взгляда.

Зашел, как царь, в чужую приёмную. Прямой как палка и худощавый, словно его неделю не кормили. Может это с голодухи у него такой вечно недовольный вид, словно он лимонов объелся? Оглядел её, презрительно сощурив голубые глаза, и, даже не поздоровавшись, прошёл к Стасу. А одет-то? Она чуть не расхохоталась, увидев вязаную жилетку, полосатую рубашку и жуткий тёмно-бордовый галстук. В таком виде Романов выглядел лет на сорок-пятьдесят.

А взгляд, которым он её наградил после знакомства?…

Столько презрения, недовольства в нём было. Того и гляди, зажмёт нос и скажет – здесь дурно пахнет. Это тыканье на происхождение жутко раздражало.

Но в то же время он непонятным образом волновал её. Заставлял подбираться, задерживать дыхание, словно готовясь к чему-то.

– И с этим человеком я должна встретить Новый год, – вздохнув, простонала Юля.

Предновогоднее настроение стремилось к нулю. И уже ничего не хотелось.

Может, стоит остаться в Москве и встретить этот Новый год в одиночестве, сидя в пижаме? Друзьями за этот месяц Вавилова так и не обзавелась. Просто не успела – работа, дом, Стас. Разве это плохая идея – укутаться в мягкий плед и пить шампанское, чувствуя, как пузырьки приятно щекочут нёбо? Сидеть и слушать, как кругом кипит жизнь, как люди поздравляют друг друга, пускают фейерверки, веселятся. И еще не забыть загадать желание – самое главное, самое важное.


Но поступить так – это значит признать Романова победителем. А этого девушка допустить никак не могла. Пусть открытого конфликта между ними не было, но признавать поражение Юля не хотела.

Радовало одно – кроме них там соберётся еще человек пятнадцать, а значит, возможность остаться наедине равна нулю.

– Не позволю этому снобу испортить мне праздник!

3.

У всех свои порядки и традиции. Вот и у них были свои. Старые университетские друзья старались каждый Новый год собраться все вместе. В этом году местом встречи был горнолыжный курорт, где Никита Измайлов, самый главный активист, снял целый коттедж. Артём уважал и ценил своих однокурсников, но терпеть не мог шумные компании. От постоянного крика начинала болеть голова. Много он не пил, так что шуточки пьяных друзей пролетали мимо его сознания, не вызывая даже улыбки на лице. Именно поэтому последние две-три пьянки он пропустил. И эту собирался проигнорировать, сославшись на важные дела. Они и не настаивали, думая, что Романов еще не пришёл в себя.

Но в дело вмешалась судьба. А точнее одна брюнетка.

Романов всё пытался придумать, что же такое сделать, чтобы вывести её на чистую воду. Напоить и соблазнить? От этой мысли его слегка передёрнуло. Артём, конечно, был готов на жертвы ради лучшего друга, но это был явно перебор.


Да и не впечатлял он Вавилову. Интересно, а если он ей покажет сумму, что лежит в данный момент у него на счету, её отношение поменяется? Ведь денег у него побольше Стаса будет. Не потому, что получал больше. Просто он предпочитал вкладывать деньги, а не тратить их на любовниц. Ему и тратить было их не на кого.

– И кто там будет? – Юля сидела на заднем сидении машины и прижималась к Стасу.

– Все свои, – ответил тот. – Не волнуйся, всех запомнишь.

Путь был долгим. Сначала проторчали в аэропорту лишних три часа, потому что их рейс задержали из-за плохой погоды. Затем дорога до подъемника. Там их уже ждал весельчак Славик Егоров, который повёз их уже непосредственно к домику.

Ребята точно не ожидали, что Артём поедет с ними. Романов в отличие от своих друзей зимними видами спорта не увлекался. Лыжи, сноуборд и прочее мужчину совершенно не интересовали.

А впереди еще четыре дня такой насыщенной снежной жизни. Убиться можно.

Мужчина вновь скосил взгляд и взглянул на притихшую Вавилову, что старательно напускала на себя вид невинной овечки. И ведь получается. Если бы Артём не знал, что девушка тянет деньги со Стаса, то вполне мог купиться и повестись на красивые глазки. Как Славик, например. Старый друг сыпал шуточками и отчаянно флиртовал с девушкой. Та мило улыбалась и отмалчивалась.

Стас же сцены ревности не устраивал и выглядел довольным как слон. Конечно, Егоров шутил. Но это непонятное равнодушие и спокойствие Никольского настораживали.

– Вам понравится, Юленька. Компания у нас весёлая, годами проверенная. Даже бобыля удалось вытащить, – заявил Славик и игриво поиграл бровями.

Смотрелось это очень глупо. Артём едва сдержался, чтобы не застонать. И смысл делать из себя шута?

– Кого? – Вавилова недоуменно склонила голову.

– Прошу прощения – Артёма Романова. Он со студенчества был букой, предпочитая сидеть за ноутом, а не общаться с людьми. Его только Инга могла вытащить, – и сразу замолчал, бросив виноватый взгляд в сторону Романова.

Тот равнодушно смотрел перед собой, ничем не выдавая чувств, что бушевали внутри.

Инга…

Это имя в который раз вызвало непрошенные воспоминания, от которых в груди всё сжималось и хотелось разбить руки в кровь.

Инга… яркая улыбка, ласковый взгляд голубых глаз и совершенное тело, от воспоминаний о котором привычно зудела кожа на руках.

Инга…

– Долго еще ехать? – совершенно равнодушным тоном спросил Артём.

– Еще минут пять.

Дом, который снял Никита, стоял на отшибе, окруженный со всех сторон лесом и горами, и был засыпан снегом. Как джип не забуксовал по дороге, одному Богу известно.

– Вот и прибыли! – радостно завопил Егоров, глуша машину у самых ступенек.

– А в гараж заводить не будешь?

– Сейчас вас выгружу и поставлю. Юленька, вот мы и прибыли, – подмигнул он девушке.

– Спасибо, – та еще теснее прижалась к Стасу и что-то быстро шепнула ему на ухо.

Тот рассмеялся и ласково потрепал её по щеке.

Нет, не видел Артём между ними огня и страсти, совсем не видел.

– Ура! Славка привёз Стаса, – радостно прокричала симпатичная девушка лет 17-18, стоило им только войти в дом.

Было в ней что-то знакомое, но Артём никак не мог понять что. Он вообще лица запоминал плохо. Не видел в этом острой необходимости. Но девушка казалась знакомой.

– Ой, Артём, – ахнула она и перевела взгляд на Вавилову, которой Стас помог снять куртку. Улыбка на её хорошеньком личике совсем увяла. – Здрасьте.

– Добрый вечер, – секретарша приветливо улыбнулась.

– А вы кто? – совершенно невежливо перебила девушка её и перевела взгляд на Никольского.

Вот по этому взгляду Артём её и узнал.

– Света? – переспросил он. – Это ты?

Узнать в этой хорошенькой девушке того нескладного подростка, которая хвостом бегала за лучшим другом и всем говорила, что когда вырастет, то обязательно выйдет за него замуж, было очень трудно. Но, тем не менее, это действительно была Света Измайлова, младшая сестра Никиты.

– Да, это я, – откликнулась та, не отрывая грустных глаз от Стаса, который старательно ее игнорировал, еще крепче прижимая к себе Вавилову.

– Знакомьтесь. Это моя девушка, Юлия Вавилова. А это Света, сестра того самого Никиты.

– Очень приятно.

– Взаимно, – кисло закончила та и, круто развернувшись, выскочила из прихожей.

– Чёрт, как быстро время летит. Она же только недавно бегала в коротенькой юбочке с косичками, – пробормотал Артём, глядя ей вслед.

– Ты её три года не видел. Конечно, она выросла.

– И всё еще по тебе сохнет, – не удержавшись, добавил Романов и взглянул на Юлю, что со странным выражением на лице смотрела на дверь, за которой скрылась девушка.

Понять, что именно было странным, мужчина не успел. В считанные секунды коридор заполнился шумной компанией. На него набросились друзья, кинулись обнимать, хлопать по плечу и орать прямо в ухо:

– Тёмка! Ты приехал!

Романов еще больше затосковал по своей квартире в Москве, где было тихо, спокойно и одиноко. Сейчас он как никогда мечтал об одиночестве.

4.

– Сегодня по традиции у нас небольшой маскарад, – заявил Стас, как только они вошли в комнату, что специально выделили для них на втором этаже.

Смеясь и вручая ключи, Никита, невысокий крепыш с обаятельными ореховыми глазами, просил сильно не шуметь.

Голова неожиданно разболелась. Всё эти крики, шум, мелькание лиц и имен, которые надо было запомнить. Но друзья Никольского ей понравились – искренние, обаятельные и яркие. Они одним своим присутствием обеспечивали праздник.

А еще они тепло и радушно приняли Вавилову. Не делали страшные глаза, не кривили нос, а действительно были рады… Почти все. Света старательно её игнорировала. Но Юля могла понять девушку.

Всего в доме их собралось двенадцать человек. Никита, который занимался организационными вопросами, его младшая сестра Света и девушка Маша (симпатичная блондинка). Слава Егоров и Кирилл Наримов прибыли в гордом одиночестве. Пухленькая Зоя и её муж Максим, обаятельный Николай с женой Аллой. И их троица – Стас, Артём и сама Юля.

– Ты издеваешься? – простонала она, падая на кровать и раскидывая руки в сторону, принимая форму звезды. – Я отсюда не выйду.

– Выйдешь. А как же твой дух авантюризма? – хмыкнул тот и принялся расстёгивать пуговицы на рубашке.

– Стас, какой маскарад? У меня даже костюма нет.

Никольский лишь пожал плечами:

– Юль, это образное выражение. Нам просто дадут маски или шляпы, и мы будем играть весь вечер попавшегося персонажа.

– Может баиньки? – девушка перевернулась на живот и скорчила жалобную мину.

– Нет, моя дорогая, ты так просто от меня не отделаешься. Ты же обещала.

– Ты садист.

– Да, – промурлыкал тот, подмигнул ей и стянул рубашку, красиво поигрывая мускулатурой. Глядя на его телодвижения, Вавилова чуть не расхохоталась, но вовремя прикусила губу.

Именно в этот момент раздался стук в дверь.

– Это кто? – Юля сразу села.

– Наверное, наши маски принесли.

И точно. За дверью стояла смущенная Светлана. Глаза девушки слегка расширились, стоило ей увидеть обнаженный торс мужчины. Она даже на мгновение потеряла дар речи, а взгляд голубых глаз слегка поплыл.

– Свет? – прокашлявшись, произнёс он.

– Что? Ах, да. Я вам принесла… для маскарада… реквизит, – и быстро протянула ему большой белый пакет.

После чего еще раз скользнула жадным взглядом по его телу и убежала.

– Давай посмотрим, что нам принесли, – закрыв дверь, произнёс он и вытащил большую желтую корону, щедро усыпанную блёстками. – О-о-о-о, корона. Я – принц.

– С чего ты взял? Может, это мне, – девушка вскочила с кровати и подошла ближе.

– Сомневаюсь, – хмыкнул Стас и достал из пакета огромный уродливый головной убор, который был похож на распределительную шляпу из фильмов о Гарри Поттере. – По-моему вот это тебе.

– Ведьма? Что ж, если распределением занималась твоя поклонница, то этого стоило ожидать, – взяв двумя пальцами шляпу, вздохнула Юля. – Мне надо одеться Бабой-Ягой и нарисовать на лице бородавки?

– Может быть, – нахлобучив на голову корону, ответил Стас.

– Мило. Я бы даже сказала очаровательно. Ну, если эта малышка хотела Ведьму, она её получит.

– Юль, ты меня пугаешь.

– Тебе понравится, – многообещающе произнесла она и коварно улыбнулась. – Вы, ваше высочество, отправляйтесь в путь. А лягушонка появится позже.

– В коробчонке?

– Можно и так сказать.

Быстро приняв душ и уложив непокорные волосы пышной гривой, она подошла к чемодану. Стас уже убежал, и теперь девушка могла завершить образ Ведьмы.

Юля не знала, зачем взяла эти вещи. Наверное, готовила тяжёлую артиллерию, если ситуация выйдет из-под контроля.

– Пришёл твой час Икс, – пробормотала она, доставая платье из чемодана. – Ударим же по нервам общественности.

5.

Артёму достался красный колпак Деда Мороза или Санта-Клауса.

– Что это? – спросил Романов у взволнованной Светы, что и принесла ему головной убор.

– Ты будешь нашим Сантой.

Ему казалось, что об этой традиции все дружно забыли. Ошибся.

– А борода где?

– Прояви фантазию, – отмахнулась она. – Ты же большой мальчик.

Фантазия работать отказалась совершенно. Поэтому он надел привычный костюм, нацепил колпак и вышел из комнаты.

Дверь в спальню Стаса и Юли была приоткрыта.

И он совершенно не собирался туда заглядывать. Даже уже почти прошёл мимо, пока не услышал странные звуки. Словно стадо ёжиков пыхтело и чертыхалось.

Бесшумно подкравшись, он заглянул внутрь и застыл.

Повернувшись к двери изящной обнажённой спиной, перед ним стояла Юля. Её хрупкое тело было обтянуто узким кожаным платьем, молнию которого она безуспешно пыталась застегнуть.

– Да что же это такое, – бормотала девушка, отчаянно дергая за замок.

– Позвольте помочь, – неожиданно тихо произнес Артём и сделал шаг вперёд.

Теперь пришла её очередь испугано замирать.

Очень медленно, придерживая руками платье на груди, Юля обернулась и взглянула на него.

“Ведьма” – стрелой пронеслось у него в голове.

По-другому он не мог назвать это невероятную, сексуальную девушку, что сейчас стояла перед ним. Артём и раньше знал, что Вавилова невероятно красива и сексуальна, но сейчас…

Сейчас у него просто вышибло дыхание.

Тёмные глаза в обрамлении густых чёрных ресниц сияли и притягивали взгляд. Кожа мягко мерцала в свете торшера, а чувственные губы манили. Шикарные волосы мягкими прядями обрисовывали совершенный абрис лица.

– Что вы здесь делаете? – прошептала девушка и слегка дернула головой, от чего непокорная грива красиво колыхнулась и упала за спину.

– Услышал, что вам нужна помощь. Застегнуть?

Нахмурилась, смерив его настороженным взглядом, но всё-таки кивнула.

– Будьте так любезны, – и вновь повернулась к нему спиной, убирая волосы.

От неё пахло мёдом, корицей, с чувственными нотками цитрусовых и новым годом. Аромат был сладкий, но не приторный. Наоборот, захотелось пододвинуться ближе, провести носом по шее, чтобы прочувствовать это безумное сочетание запаха духов и её кожи.

“Какого чёрта? Почему он так реагирует на неё?…”

Тряхнув головой, Романов сделал еще шаг и коснулся “собачки”, задев пальцем кожу. Легкая дрожь прошлась по её телу. Едва заметная, но он уловил. Захотелось плюнуть на всё, стянуть с неё это платье и утащить девчонку в кровать.

“Подругу лучшего друга… ту, что обдирает его как липку и теперь, по-видимому, решила переключиться на тебя”, – подсказал внутренний голос.

Стиснув зубы, Артём в считанные секунды застегнул молнию и отступил.

– Спасибо, – девушка повернулась к нему.

Благодарная улыбка почти сразу сползла с её лица, уж очень злым был взгляд Артёма.

– Не стоит благодарности, – пробормотал он, всеми силами стараясь не смотреть на грудь, что чуть ли не вываливалась из узкого лифа платья.

– Вы сегодня Дед Мороз? – она кивнула в сторону колпака, что был у него на голове.

– Санта Клаус. А вы?

– Ведьма, – она подняла с кресла уродливую шляпу и надела себе на голову.

Вот только страшнее от этого Юля не стала.

– Думаю, нам пора, – пробормотал он, поворачиваясь в сторону двери.

– Да, конечно, – девушка двинулась за ним следом.

По лестнице они спускались молча, старательно избегая смотреть друг на друга.

А у входа в столовую, где уже собралась почти вся компания, задержались. Это и стало отправной точкой в череде дальнейших событий.

– Смотрите, смотрите! – неожиданно громко закричала Света, привлекая всеобщее внимание.

Взглянул на девчонку и Артём. Та чему-то улыбалась и тыкала на них пальцем.

– Вы видите? – вновь завопила она. – Все видят?

Остальные неожиданно громко заулюлюкали и захлопали в ладоши.

– Попал, Тёмыч! – воскликнул Никита.

– А что происходит? – стоящая рядом с ним Юля нахмурилась и скрестила руки на груди. От этого движения вырез её платья стал еще глубже, обнажая грудь чуть ли ни наполовину.

– Вверх посмотрите! – усмехнулась Зоя.

Пожав плечами, Артём поднял голову и увидел у себя над головой какой-то веник с красной ленточкой и алыми ягодами.

– И что это такое? – несколько раздраженно поинтересовался он, а Юлька неожиданно нахмурилась и выругалась едва слышно.

– Это омела! – торжественно прокричала Света. – Целуйтесь.

– С кем?

– С Юлей.

– Твою мать, – уже громче произнесла Вавилова.

– Зачем? – Артём всё никак не мог понять, в чем дело и чего от него хотят.

– Ну, это такая традиция. Целоваться под омелой. Ну же, чего застыли? Артём целуй Юлю, – продолжала верещать девчонка, чуть ли не прыгая от счастья.

Романов перевёл взгляд на Юлю. Бархатисто-карие глаза девушки горели опасным огнём. На лице отчётливо читалось: “Только попробуй, и я сделаю тебя инвалидом”.

“Не очень и хотелось”, – мысленно парировал он.

– Не думаю, что это хорошая идея, – пробормотал мужчина.

– Ну, ребят, что вы как дети? – разочарованно выдохнул Никита. – Это всего лишь традиция.

Вздохнув, Артём резко подался вперед и неловко ткнулся в девичью щеку.

Но зрителям это показалось мало.

– Не, так не пойдёт, – разочаровано простонали все.

– А что тут происходит? – к ним подошёл Стас, что, видимо, выходил на веранду покурить. – Чего стоите?

– Они под омелой, а целоваться не хотят, – коварно сообщила Света, стреляя глазками в сторону кареглазого красавчика.

– Да? – тот хохотнул. – Не, так не пойдёт. Традиции надо уважать, особенно в Новый год. Юль, покажи класс. И ты, Артём. Ну же? Где ваш дух авантюризма и праздничное настроение?

– Какого черта, – выругалась Юля, которую этот спектакль стал раздражать, и сама шагнула к Артёму.

Только он собирался спросить, что она творит, как приподнявшись на цыпочках, девушка потянулась к его губам.

Сладко… Это было первое что Романов подумал.

Так сладко, что сбилось дыхание и зашумело в ушах.

Её губы были мягкими и такими ароматными. Казалось еще чуть-чуть и Артём ощутит вкус шампанского. Он уже его чувствовал. Сотни тысяч пузырьков, что взрывались в голове, лишая последних остатков разума, мешая дышать нормально.

Дышать… Мужчина забыл, что это такое. Полностью сосредоточившись лишь на девушке, чьи губы манили словно наркотик.

Романов не заметил, как взял контроль на себя, как подался вперёд. Его руки заскользили по девичьему телу, заставляя Юлю слегка прогнуться в спине и с силой прижаться к нему. Но она не возражала. Судорожно вздрагивая, полностью покорилась его воли, зарываясь тонкими пальчиками в его волосы.

Еще неизвестно, что бы случилось дальше, когда сквозь бешеный стук собственной крови он услышал одобрительные крики и громкий свист.

Резко отпустив девушку, Артём сделал два шага назад и, тяжело дыша, уставился на неё. Юля ответила ему не менее ошарашенным взглядом. Кончик языка скользнул по припухшим губам, и это движение болью отозвалась в паху.

“Хьюстон, у нас проблемы”, – мрачно подумал он, ощущая эрекцию такой силы, что было трудно стоять, двигаться и просто дышать. Больше всего на свете ему хотелось закинуть её на плечо и отнести в свою комнату. А там…

Дыхание в который раз сбилось, стоило ему представить обнаженную фигурку девушки в своей постели, густые каштановые волосы, разбросанные по подушке…

– Ну, вот и молодцы. А то не могу, не хочу! – Стас хлопнул Артёма по плечу и обнял покрасневшую Юлю, которая старательно рассматривала собственные руки.

Романов видел, как слегка дрожат её пальцы и с каким-то странным удовольствием понимал, что и она не осталась равнодушна к его поцелую… Невеста его лучшего друга… Та, которую он должен вывести на чистую воду.

Что ж, почему бы не совместить приятное с полезным?

***

Поздно вечером Артём одним из последних возвращался к себе в комнату.

Голова болела нещадно, от количества спиртного мутило и всё горело внутри. И чего он столько выпил? Ведь не Новый год еще? Вся пьянка будет завтра. Может, всё дело в том, что он просто не мог смотреть на Юлю. Девушка весь вечер провела рядом со Стасом, прижимаясь к нему, гладила, улыбалась и позволяла себя касаться. Вроде невинно, но Артёму отчего-то было больно.

Поиск корней этого обычая привёл к кельтам. Точнее, к кельтским жрецам — таинственным друидам, которые проживали на территории нынешней Англии и самым активным образом использовали силу трав, справедливо считая волшебным всё — от лопуха до сосны.
Омела среди друидов имела скромное звание «всецелителя», и любой кудесник того времени, скорее всего, сказал бы вам, что нет ничего священнее омелы, особенно, если она произрастает на дубе.

Так как растение это полупаразит, ее кустики сидят на ветвях деревьев, напоминая грачиные гнёзда, и в народе именуются «ведьмиными мётлами». Мы, изучающие ботанику в пятом классе и живущие с каналом «Дискавери», — ничего удивительного в этом не видим.
Друидские же чародеи растение, выросшее без корней, не на земле, а прямо на дереве, расценивали, очевидно, как нечто сверхъестественное, свалившееся прямо с неба. Срывали омелу с соблюдением сложных обрядов: в шестой день луны жрец в белом одеянии взбирался на дерево и, срезав растение золотым серпом, клал его на кусок белой ткани. Омела должна была быть сорвана без применения железа, а сорванная — не коснуться земли. Коснувшись земли, это небесное растение подверглось бы осквернению и лишилось своей силы.

Правильно добытая омела считалась хорошим лекарством от эпилепсии, помогала забеременеть женщинам — если те носили ее при себе, отличнейшим образом исцеляла язвы, посредством наружного и внутреннего применения, а так же являлась одинаково прекрасной отравой и верным средством против любого яда — в зависимости от цели, которую ставил перед собой колдун.

Древнеримский ученый Плиний Старший, еще в I веке нашей эры описывая нравы друидов, отметил, что омела в их верованиях занимала одно из ведущих мест в борьбе с нечистой силой. Возможно поэтому изящное вечнозеленое растение стали использовать и в качестве рождественского украшения — как домашний оберег. А вместе с первыми переселенцами староанглийский обычай перекочевал за океан — в Америку. Но поскольку в Америке омела не растет, ее место занял в домах похожий на нее форадендрон.

Но вернёмся-таки к поцелуям… Истоки этого обычая можно найти в Скандинавии. Там омела была символом мира, и враги, встретившиеся под деревом, на котором она росла, обязаны были сложить оружие.

Серьёзность обычая немного пошатнули рождественские настроения. Те самые, которые вынимают из глубоких тайников наших душ веру в чудеса и заставляют нас смотреть на мир снисходительнее и добрее. Они-то и придали обряду мистически-чувственную, совершенно волшебную окраску. Поцелуй под висящей на потолке омелой стал считаться приносящим вечную любовь. Более того, некоторые знатоки уверяют и по сей день, что он должен привести к неизбежному браку.

Но думается мне, что если за поцелуем под омелой и не последует немедленный визит в ЗАГС, расстраиваться не стоит. Хотя бы потому, что какой-нибудь друидский знахарь, видя такое дело под «всецелителем», наверняка бы пробубнил что-то типа: целуйтесь на здоровье…

ПОЦЕЛУИ ПОД ОМЕЛОЙ | Наука и жизнь

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Adblock
detector